Category: архитектура

Category was added automatically. Read all entries about "архитектура".

Deepster

Почему важно сохранять традиционную одесскую архитектуру. Часть первая: "Инородные формы"

Знаю, что многим инвесторам обидно, когда их распрекрасное свежепостроенное, блестящее, как новый рубль, здание обзывают "общественным туалетом в масштабе один к ста". Ведь в проект вкладываются миллионы долларов, и никому не хочется строить объект, который выставит весь бизнес на посмешище. Однако, такие здания продолжают появляться с поразительной регулярностью. И если ещё десяток лет назад вирус архитектурной безвкусицы поражал в основном низкобюджетные "новые хрущобы", то сейчас эта болезнь стала настолько повсеместной и как бы узаконенной, что безвозвратно убивает даже объекты городского значения: вроде главного стадиона или центрального рынка.
IMGP4102-Panorama 
Стоит разобраться: откуда возникают такие обидные формулировки, откуда идёт настолько явно выраженная неприязнь к новым одесским архитектурным формам? И почему эти постройки смотрятся так же инородно, как Санта Клаус на июльской Дерибасовской?

Главный критерий архитектурного "добра и зла" были определён ещё в самом начале Новой эры, при древнегреческом архитекторе Витрувии (создатель нетленного по сей день трактата "Десять книг об архитектуре"). Нерушимое правило в кратком виде звучит так: по форме и внешнему виду здания должно быть понятно его предназначение. То есть, когда глядишь на суд, должно быть понятно, что это именно храм правосудия, а не золотая усыпальница местного царька, эдакий вип-мавзолей. Больница внешне должна быть похожа на лечебницу, а не на терминал лондонского аэропорта. В свою очередь, морской вокзал должен отсылать нас к морской тематике: к пароходам, маякам и пристани, а не возвышаться на десятки этажей ввысь, словно Останкинский телецентр (ведь на воде прочно держатся плоские горизонтальные конструкции, а вертикальные формы быстро опрокинутся и утонут).
Морвокзал

И жилой дом должен выглядеть соответственно: так, чтобы было ясно, что в этом здании живут простые приземлённые люди, у которых есть такая роскошь, как широкая парадная и обширные лестничные пролёты, которые не упираются головой в потолок, а сами здания оставляют  место для парения души. Что это не гигантский улей, куда люди попадают по воздуху, залетая в панорамные балконы, словно пчёлы в соты и откуда эвакуируются только в случае пожаров по куцым лестницам, где расстояние настолько узкое, что и назвать "пролётом" язык не повернётся.

Есть и вторая причина нашего неприятия новоделов. То, что мы видим в Одессе, что более всего раздражает взгляд, в архитектуре называется "неправильное соседство". Почему-то в Эмиратах никого не смущает наглое величие дубайских пенобетонных монстров, которые заполонили всё побережье нефтеносной гавани и выросли быстро, как на дрожжах. Потому что эти гиганты соседствуют среди себе подобных. Как йоги в Индии. Как Санта в Лапландии. Как юрты в монгольских степях. Мало того, в этой аляповатой азиатской кичухе заложен глубокий смысл арабского самоутверждения: архитектура Эмиратов показывает, что город небоскрёбов, типа Нью-Йорка, можно построить даже посреди безжизненной пустыни, чтобы американцы не сильно там гордились в своей далёкой заокеанской стороне.

Этот принцип визуально-смысловой совместимости в одесской архитектуре нарушается повсеместно. Что хотят сказать современные архитекторы? Что они тоже умеют строить ввысь? Так часто это бывает совершенно бессмысленно, как в случае с тем же прогоревшим многоэтажным отелем "Одесса". Все, кто связаны со строительством, хорошо знают, каких энергозатрат стоит подать например обычный обычный водопроводный напор на двадцатый этаж, чтобы на этой верхотуре в кране была вода. Не говоря уже об остальных необходимых коммуникациях. Да что говорить, обычная мойка окон в таком исполине превращается в целую спецоперацию.

Кроме того, оказалось, что гости города, на которых и был рассчитан этот высотный евроремонтный шедевр архитектуры, просто не хотят в нём жить. Почему-то им больше по душе если не старые гостиницы, где в стенах отпечатан дух дореволюционного престижа, то хотя бы зачуханный одесский дворик: с котами, фонтанчиком, мраморными лестницами в подъездах и бабушкой Фаней, орущей на гостей города за то, что "дверьми вечно хлопают да в парадной наследят". И эта главная одесская особенность на какое-то время оказалась в сравнении с монструозными новоделами настолько обесцененной, что конечно же становится очень обидно за наши родные улицы.

Так вот банкротство гостиницы "Одесса", что на Морском вокзале, в этом смысле воспринимается как восстановление исторической справедливости. Ведь малые архитектурные формы имеют в нашем городе намного больше прав, чем штампованые бройлерные переростки. Как бы их ни декорировали пластиковыми атлантами и кариатидами, гиганты всё равно будут словно тот "фальшивый заяц" из морковки и лапши, который так ненавидела Лизочка из "12 стульев". Маленьких обижать нельзя: вот закон. А малые формы для центра города — это три-пять этажей, как ни крути. Это ещё и натуральные материалы для строительства: ракушечник, в первую очередь, и камень. Такова стилистика нашего города. За это нас любят и ценят в Европе. Инвесторы, строящие пластиково-стеклянные новоделы, готовы взять на себя ответственность, если в какой-то миг наш город станет совершенно неинтересен иностранцам, если наш город потеряет статус архитектурной жемчужины Черноморского побережья? И для кого тогда всё это строится, если не в расчёте на туристов? Кому нужен отельный номер за 300 долларов там, где нет туристического потока?
IMGP1161

Именно поэтому инородная архитектура вредна для нашего города намного больше, чем, например, плохие дороги. Потому что плохие дороги можно отремонтировать за один год, было бы желание. А с плохой архитектурой ничего уже нельзя сделать. Наши новые здания — это памятник нашей эпохе, который простоит ещё очень, очень долго. Градостроительной политики в Одессе сейчас не существует, и глупо думать что она вскоре появится: сейчас эту политику определяют сами застройщики. Поэтому будем обращаться именно к ним.

Дорогие застройщики! Мы пока не смотрим на стилистику, не приглядываемся дотошно к цвету и фактуре штукатурки, не сравниваем богатую лепнину вековой давности с современными аналогами. Мы даже не просим вернуть городу некогда украденную нижнюю часть Потёмкинской лестницы, нижние ступени которой были когда-то давно прямо в море.

Мы просто говорим об основах понимания архитектурной эстетики. Мы, а точнее, вы — вы, застройщики, просто обязаны установить строжайшую внутреннюю цензуру. Вы на это способны, мы верим. Вы ведь самостоятельно видите разницу между "жигулёнком" и "мерседесом". И вам не нужно объяснять, почему пальто "Zilli" лучше, чем такое же, но производства фабрики "Большевичка". Вы способны найти отличия самостоятельно, для этого не нужно никаких специальных газетных статей, никаких образовательных телепрограмм. Поэтому вы сможете отличить плохое от хорошего, мы верим. Не притворяйтесь, что вы ничего не понимаете. И да пребудет с вами Витрувий.
IMGP2371

Deepster

Замок тысячи ведьм: улей с привидениями

В такие ночи как сегодняшняя, этот полудом превращается в "Замок тысячи ведьм". Часы напролёт как-то симфонически сифонит жутковатая заунывная мелодия.


Это потому что постройка глядит в стороны света в полной симметрии с музыкальной розой ветров, и потому даже в мало-мальскую непогоду затягивает свою неизбывную ноту.

Не говоря уж об ураганных порывах, когда по-треуховски "стропила гудят", исполинский остов взвизгивает, подобно циркулярной пиле, плодя смерчи, циркулирующие по этим жутким, пустынным коридорам.

Пока рабочие не соорудили облицовку и не вставили окна, я каждую ночь слышу эту зловещую приведенческую симфонию, которая сыграна бетонными поющими дюнами: непредсказуемо словно тесто, день ото дня идущими в рост.