Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

Deepster

Почему важно сохранять традиционную одесскую архитектуру. Часть вторая: "Битва за тротуар"

IMGP4821
Гости моего города, которых особенно много летом, задают слишком много смешных вопросов. Например: "Ну зачем использовать в портале "Привоза" египетский мотив, какой в этом смысл?". Или: "Почему ваш главный городской детский магазин выглядит таким чудовищно пухлым, словно дохлый слон, внутри которого скопились газы?". И ещё часто спрашивают, что это за новая одесская мода — внедрять экстремальную, ядовитую эклектику в городские пространства… "И что это за миниатюрная нескладная пирамидка на Приморском бульваре, крошечная пародия на Лувр? И почему летом Одесса становится так похожа на Шанхай?"
Главное в этих вопросах даже не суть справедливых претензий. Главное, кто спрашивает. Это спрашиваете вы, киевляне, которые "сдали город" Черновецкому, как Наполеону на сожжение? У которых наибольшая часть обитаемой территории это сплошной спальный муравейник (неважно, для бедняков или знати), а пресловутые "коттеджи" состоят из сплошных "пристроечек" или концентрируют в себе мировую историю китча? Это спрашиваете вы, москвичи, где на улицах и дышать-то нечем и где старый московский дух сохранился лишь в сверхсекретных закутках для знатоков и ценителей, и в которые невозможно пустить пришельцев, потому что истопчут, словно стадо мустангов, последние ваши заповедные уголки? Это спрашиваете вы, крымчане, где в последние годы под влиянием крымскотатарского ига доминирует архитектурный стиль дешёвого восточного базара?
Ну почему вы так переживаете в Одессе, почему так волнуется за неё душа? Что вас так удивляет, дорогие мои москвичи, киевляне, симферопольцы? Неужто в ваших городах всё так чудесно в архитектурном плане, что даже малый одесский диссонанс так оскорбляет ваше чувство прекрасного?
BLAK6372
Мне думается, всё дело в магии собственного одесского архитектурного ландшафта. Одесские старые здания, словно в игрушечном наборе, очень разные, но неуловимо подходят одно к одному. Вот городская управа. Вот биржа. Вот гостиница. Вот доходный дом. Вот ресторация. Вот театр. И всё из одного песочка, словно одними руками сделано на разный манер. И вдруг… Что это?! Это игрушка из другого набора! Неродная, явно не наша. Какой-то ребёнок из чужой группы играл в нашей песочнице, вот и позабыл, растеряха! На ощупь как из другого материала, окна блестят иначе, формы нескладной. Ну мы оставили это рядом, да и позабыли, не выкидывать же. А назавтра приходим — ба! Ещё одна такая пластмасска валяется! И тяжёлая, главное, от земли не оторвать, словно приклеили. А через неделю уже глядишь — наши самодельные песочные пасочки-здания пообветрились, форму потеряли, но сами на себя ещё похожи, и дождь с пылью их не испачкали, потому как они из того же песка. А магазинные пластмасски, которых уже в песочнице большинство, совсем уже истрепались: грязные, с потёками и заусенцами, надломанные: а как вначале сверкали-то!

Суть лирического отступления простая: чуждые нашей архитектурной традиции здания выглядят крайне инородно. Раздражают сразу после постройки, и состариваются как-то неблагородно. Так почему же они возникают, всё новые и новые?
IMGP5119-copy
Быть может, всё дело в стоимости проектов? Может, дёшево выглядящее здание это просто экономия и жадность застройщиков? Как показывает опыт, это не совсем так.

Вот, например, инвестор скандально известного здания в сквере Пале Рояль, был совершенно нещедрым человеком: не меценат и не благодетель, а жёсткий бизнесмен и даже в чём-то, говорят, рвач. Но и он сумел понять, что строить китчевое сине-белое убожество по соседству с мощнейшим по архитектурному звучанию Оперным театром — означает угробить весь замысел ушедших гениев, уничтожить весь окружающий двор. Вот каких-то залётных банкиров, которые стеклянную корму своего зданьица примостили как раз у входа в тот же сквер со стороны Екатерининской, это не смутило. А нашему "герою" такой путь не подошёл. Поэтому появившийся по его заказу дом был хоть и немного выше положенного стандарта, но вполне в архитектурной традиции окружающего архитектурного ландшафта. Лишние этажи позже разобрали, но красивое здание осталось.</p>

Прошли годы, и кто-то говорит сейчас, что этот дом надо снести, что он раздражает? Напротив, дом всех устраивает, а гости города даже не сразу и поймут, что это новодел. Хотя, повторюсь, в силу особенной жадности заказчика достойное архитектурное решение обошлось почти в те же деньги, что стоил бы пресловутый панельно-пластиковый клон.

То есть, строить достойные здания ненамного дороже, чем полную дешёвку? Самое обидное, что ресурс этих "пластиковых" новоделов даже не пятьдесят лет, как у хрущёвок. Ресурс таких новых сооружений — несколько столетий! Мы сейчас определяем, как наши далёкие потомки будут видеть Одессу. Могли бы оставить в наследство Рим, а оставляем какую-то Атлантиду, которая провалится завтра без вести под землю, из-за очередной сваи, которая станет уже последним гвоздём: и магия нашей уютной песочницы вдруг перестанет работать, потому что безвкусных новоделов вокруг подавляющее большинство.
IMGP4495
Обычно главным раздражителем для одесситов и гостей города становится этажность зданий. Говорят, слишком высокие постройки нарушают принцип "золотого сечения", который широко применялся в планировочной структуре города. Однако, дело не только в новых высотках. Вся проблема в том, что рядом с этими нависающими зданиями некомфортно находиться рядом.

Недавно в Киев приезжал Энрике Пеньялоса: бывший мэр колумбийского города Богота. Этот человек за несколько лет превратил трущобный город в райское место и сейчас консультирует правительства и муниципалитеты по всему миру. Интервью эксперта стало очень популярным в интернете. Так вот Пеньялоса считает: "Важно не то, сколько этажей в здании, а то, что происходит с общественным пространством, когда здание касается земли. Уютное ли это место, комфортно ли будет людям там ходить, играть, гулять, разговаривать? Архитектурные награды в первую очередь стоит давать людям, которые смогли внедрить в общественное пространство здания, не нарушившие, а улучшившие его. Людям плевать, насколько высокое здание, главное, чтобы им было уютно рядом с ним находиться".
IMGP7411
Если одесские застройщики будут помнить про удобство пешеходов, то их будущие проекты будут встречать намного меньше негатива. Сокрушаться о потерянном золотом сечении уже нет смысла: хотя эта одесская пропорция ширины улиц и высоты домов, казалось бы, идеальна для комфортной жизни. Но что у нас делается для комфорта? Впереди всего идёт нажива. Так что сейчас борьба идёт хотя бы за тротуары. И сохранение обычных пешеходных территорий — один из самых актуальных вопросов в Одессе в новом веке.

Долгое время казалось, что иностранные туристы, которых мы так ждём — это такие столичные кутилы с пачками долларов в карманах, арендующие лимузин уже в аэропорту или, по крайней мере, конный экипаж. Но ведь это не так. Мы видим, что туристы — убеждённые пешеходы, и как только им по Одессе будет удобно ходить, не спотыкаясь о бесконечные ларьки, палатки и припаркованные на тротуарах автомобили, они сразу станут намного довольнее нашим городом.
IMGP4053

Deepster

Почему важно сохранять традиционную одесскую архитектуру. Часть первая: "Инородные формы"

Знаю, что многим инвесторам обидно, когда их распрекрасное свежепостроенное, блестящее, как новый рубль, здание обзывают "общественным туалетом в масштабе один к ста". Ведь в проект вкладываются миллионы долларов, и никому не хочется строить объект, который выставит весь бизнес на посмешище. Однако, такие здания продолжают появляться с поразительной регулярностью. И если ещё десяток лет назад вирус архитектурной безвкусицы поражал в основном низкобюджетные "новые хрущобы", то сейчас эта болезнь стала настолько повсеместной и как бы узаконенной, что безвозвратно убивает даже объекты городского значения: вроде главного стадиона или центрального рынка.
IMGP4102-Panorama 
Стоит разобраться: откуда возникают такие обидные формулировки, откуда идёт настолько явно выраженная неприязнь к новым одесским архитектурным формам? И почему эти постройки смотрятся так же инородно, как Санта Клаус на июльской Дерибасовской?

Главный критерий архитектурного "добра и зла" были определён ещё в самом начале Новой эры, при древнегреческом архитекторе Витрувии (создатель нетленного по сей день трактата "Десять книг об архитектуре"). Нерушимое правило в кратком виде звучит так: по форме и внешнему виду здания должно быть понятно его предназначение. То есть, когда глядишь на суд, должно быть понятно, что это именно храм правосудия, а не золотая усыпальница местного царька, эдакий вип-мавзолей. Больница внешне должна быть похожа на лечебницу, а не на терминал лондонского аэропорта. В свою очередь, морской вокзал должен отсылать нас к морской тематике: к пароходам, маякам и пристани, а не возвышаться на десятки этажей ввысь, словно Останкинский телецентр (ведь на воде прочно держатся плоские горизонтальные конструкции, а вертикальные формы быстро опрокинутся и утонут).
Морвокзал

И жилой дом должен выглядеть соответственно: так, чтобы было ясно, что в этом здании живут простые приземлённые люди, у которых есть такая роскошь, как широкая парадная и обширные лестничные пролёты, которые не упираются головой в потолок, а сами здания оставляют  место для парения души. Что это не гигантский улей, куда люди попадают по воздуху, залетая в панорамные балконы, словно пчёлы в соты и откуда эвакуируются только в случае пожаров по куцым лестницам, где расстояние настолько узкое, что и назвать "пролётом" язык не повернётся.

Есть и вторая причина нашего неприятия новоделов. То, что мы видим в Одессе, что более всего раздражает взгляд, в архитектуре называется "неправильное соседство". Почему-то в Эмиратах никого не смущает наглое величие дубайских пенобетонных монстров, которые заполонили всё побережье нефтеносной гавани и выросли быстро, как на дрожжах. Потому что эти гиганты соседствуют среди себе подобных. Как йоги в Индии. Как Санта в Лапландии. Как юрты в монгольских степях. Мало того, в этой аляповатой азиатской кичухе заложен глубокий смысл арабского самоутверждения: архитектура Эмиратов показывает, что город небоскрёбов, типа Нью-Йорка, можно построить даже посреди безжизненной пустыни, чтобы американцы не сильно там гордились в своей далёкой заокеанской стороне.

Этот принцип визуально-смысловой совместимости в одесской архитектуре нарушается повсеместно. Что хотят сказать современные архитекторы? Что они тоже умеют строить ввысь? Так часто это бывает совершенно бессмысленно, как в случае с тем же прогоревшим многоэтажным отелем "Одесса". Все, кто связаны со строительством, хорошо знают, каких энергозатрат стоит подать например обычный обычный водопроводный напор на двадцатый этаж, чтобы на этой верхотуре в кране была вода. Не говоря уже об остальных необходимых коммуникациях. Да что говорить, обычная мойка окон в таком исполине превращается в целую спецоперацию.

Кроме того, оказалось, что гости города, на которых и был рассчитан этот высотный евроремонтный шедевр архитектуры, просто не хотят в нём жить. Почему-то им больше по душе если не старые гостиницы, где в стенах отпечатан дух дореволюционного престижа, то хотя бы зачуханный одесский дворик: с котами, фонтанчиком, мраморными лестницами в подъездах и бабушкой Фаней, орущей на гостей города за то, что "дверьми вечно хлопают да в парадной наследят". И эта главная одесская особенность на какое-то время оказалась в сравнении с монструозными новоделами настолько обесцененной, что конечно же становится очень обидно за наши родные улицы.

Так вот банкротство гостиницы "Одесса", что на Морском вокзале, в этом смысле воспринимается как восстановление исторической справедливости. Ведь малые архитектурные формы имеют в нашем городе намного больше прав, чем штампованые бройлерные переростки. Как бы их ни декорировали пластиковыми атлантами и кариатидами, гиганты всё равно будут словно тот "фальшивый заяц" из морковки и лапши, который так ненавидела Лизочка из "12 стульев". Маленьких обижать нельзя: вот закон. А малые формы для центра города — это три-пять этажей, как ни крути. Это ещё и натуральные материалы для строительства: ракушечник, в первую очередь, и камень. Такова стилистика нашего города. За это нас любят и ценят в Европе. Инвесторы, строящие пластиково-стеклянные новоделы, готовы взять на себя ответственность, если в какой-то миг наш город станет совершенно неинтересен иностранцам, если наш город потеряет статус архитектурной жемчужины Черноморского побережья? И для кого тогда всё это строится, если не в расчёте на туристов? Кому нужен отельный номер за 300 долларов там, где нет туристического потока?
IMGP1161

Именно поэтому инородная архитектура вредна для нашего города намного больше, чем, например, плохие дороги. Потому что плохие дороги можно отремонтировать за один год, было бы желание. А с плохой архитектурой ничего уже нельзя сделать. Наши новые здания — это памятник нашей эпохе, который простоит ещё очень, очень долго. Градостроительной политики в Одессе сейчас не существует, и глупо думать что она вскоре появится: сейчас эту политику определяют сами застройщики. Поэтому будем обращаться именно к ним.

Дорогие застройщики! Мы пока не смотрим на стилистику, не приглядываемся дотошно к цвету и фактуре штукатурки, не сравниваем богатую лепнину вековой давности с современными аналогами. Мы даже не просим вернуть городу некогда украденную нижнюю часть Потёмкинской лестницы, нижние ступени которой были когда-то давно прямо в море.

Мы просто говорим об основах понимания архитектурной эстетики. Мы, а точнее, вы — вы, застройщики, просто обязаны установить строжайшую внутреннюю цензуру. Вы на это способны, мы верим. Вы ведь самостоятельно видите разницу между "жигулёнком" и "мерседесом". И вам не нужно объяснять, почему пальто "Zilli" лучше, чем такое же, но производства фабрики "Большевичка". Вы способны найти отличия самостоятельно, для этого не нужно никаких специальных газетных статей, никаких образовательных телепрограмм. Поэтому вы сможете отличить плохое от хорошего, мы верим. Не притворяйтесь, что вы ничего не понимаете. И да пребудет с вами Витрувий.
IMGP2371

Deepster

Замок тысячи ведьм: улей с привидениями

В такие ночи как сегодняшняя, этот полудом превращается в "Замок тысячи ведьм". Часы напролёт как-то симфонически сифонит жутковатая заунывная мелодия.


Это потому что постройка глядит в стороны света в полной симметрии с музыкальной розой ветров, и потому даже в мало-мальскую непогоду затягивает свою неизбывную ноту.

Не говоря уж об ураганных порывах, когда по-треуховски "стропила гудят", исполинский остов взвизгивает, подобно циркулярной пиле, плодя смерчи, циркулирующие по этим жутким, пустынным коридорам.

Пока рабочие не соорудили облицовку и не вставили окна, я каждую ночь слышу эту зловещую приведенческую симфонию, которая сыграна бетонными поющими дюнами: непредсказуемо словно тесто, день ото дня идущими в рост.